Конкурс PrintNews / «Мокрая история» | printnewstv.ru

Конкурс PrintNews / «Мокрая история»

Степан был хорошим резчиком. Но пьющим. Явление частое. Можно сказать «застойное» в нашем мире. Но одно другому не мешало: Степан резал и пил. Пил и резал. Его зависимость мирно существовала с его мастерством, за той разницей, что зависимость иногда приносила неудобства, а мастерство только блага для компании.
Количество и размер неудобств был в прямой зависимости от количества выпитого. А вот мастерство на общий потенциал влияло всегда одинаково. Это расстраивало.
Апогей зависимости наступал в те моменты, когда Степа засыпал на производстве. Происходило это в ночные смены. Посреди работы. Создавалось ощущение, что на середине пути Степан уставал. Или ловил «дзэн», или на физическом уровне начинал чувствовать бренность бытия, отсутствие перспектив, переживал неудавшуюся личную жизнь. Что-то с ним происходило. Почему мы ставили его в ночные смены, спросит умный читатель и будет прав? Во-первых, потому что мы — глупые люди. А, во-вторых, загулы у Степана случались раз в тридцать смен, а найти резчика, готового работать ночью мы тогда не могли (впрочем, как и сейчас).

Но ночные смены Степану мы все-таки вынуждены были отменить. Но не после пьянки,, а после пьянки с «мокрым случаем». Обычно Степа мирно засыпал в раздевалке. Но тут случился конфуз: отличник полиграфического мира, с медалью от Союза полиграфистов (Степа принимал медаль с умным лицом, а мы верили — что взяли его на поруки, мотивировав общественным признанием) — «сломался» на полпути между сном и туалетом , уснул и был таков…
Проблема была в том, что уснул Степа рядом со складом готовых тиражей. Несколько клиентов утром были разочарованы. Реальных причин они, конечно, не узнали, но нашу безалаберность в сроках «оценили». А мы что? Мы только морщились, качали головами и материли Степана.

Но, справедливости ради, заметим: резчик Степа сразу ушел в несознанку. Он угрожал нам увольнением по собственному. Угрожал судом. Да и вообще — угрожал разделаться с нач. производством и директором по-мужски:
— За пьянку штрафуйте, зарплату готов всю отдать, но что обосс.лся обвинять — это уже слишком! Никогда! Слышите? Никогда Степан Васильев в штаны не ходил и ходить не будет! А вы — сволочи…
— Ну а почему тогда лужа вонючая рядом с тем местом, где мы тебя будили, Степ -, начальник производства пытался не по-мужски, а по-доброму. Выходило натужно.
— Пошел ты в задницу слышишь, Евгенич — дождешься у меня! — Степан не принимал новомодных психологических приемов, да и вообще — никаких не принимал. Обидно все-таки.

В общем, Степану пришлось поверить, рука у него была хоть и пьющая, но твердая. По глазам Степана мы сделали вывод, что тот затаил обиду.
Через пару дней ситуация повторилась. За разницей — Степан был в дневной смене. Не пьяный. Но тот же почерк сохранился. В том же месте. Это было очень странно.
Пришлось провести анонимное расследование. Видел ли кто-то резчика в таком-то месте, в такие-то часы. Никто не видел. Резчик был вызван на ковер. Пятиминутная матерная ругань ничем не закончилась, решено было расстаться от греха подальше. Степан плюнул в нашу сторону, а мы разозлились, посчитав, что Степа «метит».

Но, как оказалось, Степа не метил, но косвенно был виноват. В те долгие ночи, когда резчик был в ночной смене, на производство повадился кот с соседних улиц. Дворовой.
И нет, чтобы отвадить, Степан кота пригрел. На производстве оставил. Местечко ему в раздевалке выделил. Подкармливал. Кот доброту оценил, почувствовал себя как дома. Но замашки оставил дворовые. Почему выбрал именно склад готовой продукции? Да кто его — кота — знает… Как мы поняли? Гордый Степан перед тем, как выйти за ворота в последний раз, прошествовал в кабинет директора, достал кота из сумки, крепко сжал и гордо, громко заявил:
— Вот! Вот он ссал! А вы на меня… эх, людишки. Счастливо оставаться, обосс.нные полиграфисты! Ариведерчи!

Все эти годы автора строк беспокоит только одно: из каких глубин сознаний Степан достал это слово-прощание… Ариведерчи.

Источник тг-канал PrintNews

Новости дня