Максим Румянцев: Мысли вслух от вольного хлебопашца | printnewstv.ru

Максим Румянцев: Мысли вслух от вольного хлебопашца

Когда-то в девяностые годы прошлого века я создал офсетное полиграфическое предприятие «Любавич», потом цифровую типографию «Циферблат». Тридцать лет я был руководителем. А потом все продал, занялся смежным бизнесом. Но продолжаю интересоваться жизнью отрасли. Конечно, все нюансы уже не чувствую, как раньше, кончиками пальцев, но «незамутненный рутиной взгляд со стороны» может быть интересен для активных игроков рынка. А формат для колонки выбрал с претензией на современность: задаю тему, несколько тезисов, и прошу нейросеть оппонировать. Получается разговор. Его и выношу на страницы этой колонки. Возможно, он наведет на управленческих ходы практикам-типографам.
Итак…

КУДА ТЫ УШЕЛ, РЫНОК РАБОТОДАТЕЛЯ?
(беседа директора с нейросетью на актуальную тему)

— Работаешь себе в рутине, работаешь, и вот прилетает «тупиковый» вопрос: почему так резко рынок труда из «рынка хозяина» перевернулся в «рынок работника»? Вчера ты был королем-работодателем, а сегодня – разворот на сто восемьдесят градусов: каждое утро трясешься — как не упустить оставшихся сотрудников. Простое решение — залезть в прибыль и оттуда поднять фонд оплаты труда на 20-40 процентов – не работает! Они все равно недовольны. Так что произошло?

— Спрашиваешь, не случилась ли ползучая кадровая революция? Начну, пожалуй, с недавнего прошлого. Вспомните времена пандемии. Полиграфия переживала не лучшие времена: спрос-то упал резко. Один -два квартала простоев. Директорский корпус дрогнул — чтобы сохранить компанию на плаву, отправили старшее поколение работников на заслуженный отдых. Пенсионеров, работяг «советской закваски», передовиков былинных времен, когда слово «надо» что-то значило. Эти трудяги могли выйти и сверхурочно, и в выходной. На просьбу начальства – единственный верный ответ: нельзя не помочь родной фабрике — личные планы долой, выходим к станку без вопросов. И их, старую гвардию, «высадили» на грядки. Оказалось, что навсегда. Когда через полгода спрос на полиграфию восстановился — они уже не вернулись в строй. Обиделись. Получается, что сдулась не одна рабочая единица, а полторы. У молодежи нет той ментальности: индивидуальная свобода и личное время в приоритете, а фабрика (!?)… фабрика подождет.

— Аргументацию принимаю частично. Как-то слишком резко нарушился баланс спрос/предложение – одним исчезновением пенсионеров все не объясняется…

— Вторая сторона ответа даже проще: рынок промышленной продукции вырос скачком, а работников больше не стало. (Это я так, мягко говорю – их число сжалось – смотри пункт первый). Даже сразу отмечу два факта. Во-первых, импортозамещение. Сколько всякого импорта исчезло с полок магазинов! Русский предпринимательский ум быстро сообразил, где опустевшие ниши. И не один ум, а несколько: по той же русской традиции без маркетинговых исследований, оценки емкости рынка, угроз и слабых мест. Ввяжемся в бой, а там посмотрим. Сказал – сделал: взялись производить. Условный Проктер энд Гембл ушел, а на его место десяток наших производств ринулось. Где же на всех работников взять?
Во-вторых, это очевидно – резко вырос выпуск продукции военного назначения. И хорошо, что государство доверило часть изготовления частному сектору. Поток заказов – поток больших денег в страну из бюджета – инфляция на рынке труда и прочие составляющие взрывного спроса. И переток рабочей силы в прибыльные сектора. Все логично!?

— То есть никакой магии и злого умысла — простые механизмы саморегуляции?

— Да, та самая, пресловутая, невидимая рука рынка. Личные интересы покупателей и продавцов: растет спрос на какой-то товар (рабочую силу) – растет цена пока спрос не сравняется с предложением. Сейчас «дефицитный ресурс» — наш уважаемый трудящийся. Директорский корпус, понятно, ситуация не радует: сама зарплата — одна проблема, другая – как в этом взбаламученном бульоне удерживать кадры от «взглядов налево», поиска лучшего места под солнцем? Соцпакет в типографиях пухнет на глазах. Бонусы, привилегии — всё идет в ход.

— И доколе…

— Пока не установится равновесие.

— А с чего оно установится? Народятся новые кадры?

— Возможно, корейцы приедут или талибы. А даже, если не приедут — на рынке начинается конкуренция между типографиями, и слабые игроки из-за увеличения расходов, просто сойдут с дистанции. И пусть неудачник плачет! Опять-таки та самая слепая рука, но уже в обратную сторону: кризис – не только угроза, но и возможности. ысвободятся сотрудники, у выживших производств увеличится загрузка, сгладится сезонность, будет меньше простоев и доля фонда оплаты труда вернется к условным двадцати процентам в выручке. Баланс всего, включая спрос-предложение рабочей силы рано или поздно придёт в норму. Нужно подождать. Осталось — не оказаться среди тех самых «слабаков-банкротов».

— Просто ждать у моря погоды?

— Не совсем. Ты кто? Крепкий орешек, фарфоровая чашка или гидра, у которой вырастают две головы вместо одной срубленной? Адаптируешься, борешься с вымиранием или растешь на падающем рынке? Выбирай последнее: спрос на полиграфию остается – это основа. И далее расширяй «узкое горлышко» своего производства. В данный момент — работай над ментальностью команды, мотивируй их через доверие, а не только деньгами. Уважай опытных сотрудников: они помогут пережить жесткие времена.

— Если вспомнить прошлый опыт, то так называемая «голландская болезнь» середины двухтысячных годов приводила к рынку работника. «Бульон перемешался»: сотрудники искали лучших мест, требовали повышения зарплат, и некоторые уходили из отрасли. Потом все резко вернулось в привычную ситуацию «страха за рабочее место» после кризиса 2008-го года. Но в те годы было подспорье – закрывались бывшие государственные типографии, и на рынок труда выходили сокращенные рабочие руки. Сейчас такого источника кадров нет. Да и полиграфия перестала быть модной для молодежи. (Об этом можно поговорить в следующий раз – почему?!) А предприниматель всегда должен найти выход. Ведь так!

Новости дня